Вчера наконец огласили масштабы латвийского народонаселения. Демографы считают, что все еще хуже, чем ожидалось. Спикер Сейма Солвита Аболтиня думает иначе: «Мы радуемся тому, что данные переписи более оптимистичны, чем предполагалось в самых пессимистичных прогнозах».

За последние 11 лет население ужалось на 13% (на 309 тыс. человек). В ходе переписи 2000 года было сосчитано 2 377 385 жителей, нынче – 2 067 887. И это если учесть, что вопросник переписи был составлен так, что многие записали своих родственников, с концами уехавших за границу, как жителей Латвии.

Так вот демограф Илмарс Межс считает, что через 80 лет Латвию будут населять сплошь мигранты. А Аболтиня радуется. Спрашивается чему? Тому, что в Латвии не останется латышей? Нет. Скорее всего, наши политики радуются тому, что за две пятилетки пропорции латышей и русскоязычных значительно «улучшились». Латышей было 58% – стало 62%. Русских стало 29% вместо 32%, соответственно убавилось белорусов, украинцев, евреев, поляков.

Одновременно за отчетный период количество детей до 14 рухнуло на 32%, или на 138 тысяч, а людей пенсионного возраста прибавилось на 14 тысяч, или 3% с лишним.

То есть все идет к тому, что, как метко заметил на стр. 2 политик Борис Цилевич, в конце концов идея полностью латышской Латвии победит. На этой земле останется один латыш. И не какой-нибудь зеленый сопляк, готовый улететь за границу при первом же порыве ветра. А старый, мудрый, я бы сказал, матерый латыш, на которого будут приезжать посмотреть люди со всех уголков мира.

По словам социолога Арниса Кактиньша, сокращение численности населения на 13% в течение 10 лет является очень большим показателем. «Важно понять, что в обозримый период времени Латвия не сможет существовать такой, какой она является сейчас», – предупредил он. «Все течет и изменяется. За зимой приходит весна. Народ тоже изменяется и трансформируется, на развалинах образуются новые народы. Так это было в истории», – философски добавил социолог.