А что потом, а что потом?.. А ничего! Как жили, так и будем продолжать жить. Потому что референдум о статусе русского языка не заставит правительство озаботиться экономикой, не толкнет к изменению цен и тарифов, не заставит власти защищать местного производителя, не вынудит политиков перестать собачиться по вчерашним вопросам и пристальнее вглядеться в сегодняшние проблемы. И при любом раскладе национальные политики не откажутся от придуманного ими ложного «ядра» Конституции – латышского языка, и не захотят согласиться, что подлинные ядра конституции демократического государства – это личные свободы человека и демократические ценности без пресловутых оговорок, якобы учитывающих некие особенности латвийского государства.

Парадокс в том, что обе стороны – противники и сторонники определения статуса русского языка – будут считать себя победителями. Национальные политики, радостно потирая ладошки, сравнят поход к избирательным урнам с баррикадами 1991 года, заговорят об очередной защите латвийской независимости и немедленной расправе с ее противниками. Сторонники «Родного языка» будут с удовольствием называть итоговые цифры – вот, дескать, сколько недовольных сложившимся положением, и будут требовать столь же немедленных перемен.

И не наступит стабильность на межнациональном «фронте», и красные линии не исчезнут и окраску не поменяют. А тут приблизятся и другие «раздражители» – 16 марта и 9 мая...

Говорят, танго танцую вдвоем. И диалог идет тогда, когда стороны слышат друг друга. Но не услышали нацполитики Нила Ушакова и Яниса Урбановича, объяснивших свою позицию по референдуму. Нацполитикам очень хотелось усмотреть в их поступке посягательство на государственную независимость – других вариантов они не принимали. Скорее, не понимали – из-за зашоренности собственного мышления, из боязни попасть в разряд кангарсов.

Сбор подписей за референдум не стал толчком к началу диалога. В печати было достаточно разговоров и заявлений о его необходимости, но никто не взял на себя инициативу. И честно говоря, не верю, что вопрос о межобщинном диалоге встанет в повестку дня в ближайшее время.

Известный лютеранский пастор Юрис Рубенис призвал представителей разных религиозных конфессий, профессиональных отраслей, деятелей культуры, политиков, экспертов в области этнополитики выработать и подписать договоренности о моральном примирении, что свидетельствовало бы о зрелости общества.

Помнится, еще лет 15 назад я предлагал т. н. «испанский вариант» – 30-летний мораторий на посыпание солью исторических ран, обострение этнических проблем, дискриминирующее законотворчество и т. д.

...После смерти каудильо Франко и восстановления монархии политическая элита Испании села за круглый стол и подписала меморандум, согласно которому замораживаются все разговоры и выяснения, кто на какой стороне воевал, кто республиканец, кто франкист. А еще и заложили оливковую рощу в Долине примирения, где перезахоронили останки погибших в гражданской войне – без различия, кто на какой стороне воевал. Получился величественный пантеон в память всех погибших. А за 30 лет действия моратория выросло другое поколение, которому уже неинтересны выяснения отношений, появились семьи, родители которых когда-то были в разных лагерях. Для нового поколения стали близкими общие проблемы – проблемы страны.

Тогда, 15 лет назад, мне сказали, что, дескать, время для такого моратория ушло и поздно говорить об общественном примирении. Время показало, что за эти годы межэтнические отношения лишь накалились, ситуация обострилась. Но, уверен, и сегодня время диалога и моратория, как говорится, самое то. Если сегодня это не сделать, будет еще хуже: сложившееся двухобщинное государство нормально существовать не может, бомба когда-нибудь рванет. Пример тому – двухобщинная Бельгия, оказавшаяся на грани реального развала государства. Латвии и нам всем это надо?

...Вопросов много. Но не думаю, что после референдума они станут темой для обсуждения и скорейшего разрешения. Я не пессимист, но не верю в начало межобщинного диалога, в выработку договоренности о моральном примирении. Нацполитики воспримут отказ латышей признать статус русского языка как свою победу и потом долго будут козырять этой «победой».

Но победа та будет пирровой. И нацполитики еще не задумываются, какую цену обществу придется за нее заплатить. А менять ситуацию они и не готовы, и не способны. Так что жить мы будем как и жили, расширяя при этом межобщинную пропасть.